Короткая война Афанасия Попова

 

Уже давно по земле ходят его внуки и правнуки, седина убелила головы детей. У Афанасия Попова все когда-то было: жена с ребятишками, родители, работа до седьмого пота… Война перечеркнула всю его простую и понятную жизнь.
На столе всего три письма с фронта, их бережно хранит у себя младшая дочь Любовь Афанасьевна Бажина.
22 октября. «Здравствуйте и до свидания тятя и мама и жена моя Ольга и детки мои Надя и Тая и Любка и сынок Ванька. Расти сынок Ванька может и не видать мне тебя, так же и всех. Судьба не знаю какая моя, но тятя и мама живите и не обижайте ребенков, они не виноваты, что они остаются. Если приду домой, на вас не навелю…»
Афанасий Алексеевич Попов из большой, в сорок три дома, деревни Поповщина Мысовского сельсовета, стоявшей когда-то на тракте. Далеко по деревне разносился звон из их с отцом кузницы. Еще мальчишкой отец-кузнец привел его к горну. 
Единственный сын, его надежда, продолжение.
– Когда отца забирали на фронт, – вспоминает Любовь Афанасьевна, – дед очень жалел. Мы с ребятами почему-то стояли на лавке, смотрели, как уезжали подводы. Слез никто тогда не стеснялся, плакали и мужчины.
Многое о своем муже знала Ольга и детям рассказывала. Вот, например, об армейских его годах. Что служил их папка на Северном Кавказе в Чечне, был кавалеристом. Однажды в горах не удержался в седле, упав, сломал руку. Было у Афанасия несколько специальностей, работал после армии на машиностроительном заводе в Кирове. Только не прижился в городе: очень в деревню обратно тянуло.
Вспоминает, словно по крупицам, материнские слова Любовь. Как проходила в деревне коллективизация. Как кузницу у них забрали, коня отдали в колхоз. Тот, когда мимо родного дома проходил, обязательно голову на подоконник клал.
Ровно год до войны 22 июня 
1940-го родился у Поповых долгожданный сын Ванюша. В своем письме от 8 ноября Афанасий рассказывал, что приснилось ему, будто Ваня сам ножками пошел. Правда ли, спрашивал он у родных.
«…пишу письмо под елочкой в болоте, до Ленинграда не доезжая 80 километров, в стороне находимся в обороне, наступления не делали, нигде нет спасения от самолетов…обмундирование неважно, когда из Кирова поехали, шинели отобрали, в одних фуражках пока, обещают выдать валенки и шинели… я прошу вы можете письма писать… хотя не скоро но письмо дойдет, охота узнать чего дома делается…»
Это было последнее письмо. А 27 ноября пришло в дом извещение, что пропал без вести их отец и муж, стрелок 41-го танкового полка 21-й танковой дивизии красноармеец Афанасий Алексеевич Попов.
Долгое время, уже когда кончилась война и вернулись последние из уцелевших земляков, не переставала ждать Ольга своего мужа, прислушивались к стуку входных дверей и четверо его ребятишек…

 

Уже давно по земле ходят его внуки и правнуки, седина убелила головы детей. У Афанасия Попова все когда-то было: жена с ребятишками, родители, работа до седьмого пота… Война перечеркнула всю его простую и понятную жизнь.

На столе всего три письма с фронта, их бережно хранит у себя младшая дочь Любовь Афанасьевна Бажина.

22 октября. «Здравствуйте и до свидания тятя и мама и жена моя Ольга и детки мои Надя и Тая и Любка и сынок Ванька. Расти сынок Ванька может и не видать мне тебя, так же и всех. Судьба не знаю какая моя, но тятя и мама живите и не обижайте ребенков, они не виноваты, что они остаются. Если приду домой, на вас не навелю…»

Афанасий Алексеевич Попов из большой, в сорок три дома, деревни Поповщина Мысовского сельсовета, стоявшей когда-то на тракте. Далеко по деревне разносился звон из их с отцом кузницы. Еще мальчишкой отец-кузнец привел его к горну.

Единственный сын, его надежда, продолжение.

– Когда отца забирали на фронт, – вспоминает Любовь Афанасьевна, – дед очень жалел. Мы с ребятами почему-то стояли на лавке, смотрели, как уезжали подводы. Слез никто тогда не стеснялся, плакали и мужчины.

Многое о своем муже знала Ольга и детям рассказывала. Вот, например, об армейских его годах. Что служил их папка на Северном Кавказе в Чечне, был кавалеристом. Однажды в горах не удержался в седле, упав, сломал руку. Было у Афанасия несколько специальностей, работал после армии на машиностроительном заводе в Кирове. Только не прижился в городе: очень в деревню обратно тянуло.

Вспоминает, словно по крупицам, материнские слова Любовь. Как проходила в деревне коллективизация. Как кузницу у них забрали, коня отдали в колхоз. Тот, когда мимо родного дома проходил, обязательно голову на подоконник клал.

Ровно год до войны 22 июня 1940-го родился у Поповых долгожданный сын Ванюша. В своем письме от 8 ноября Афанасий рассказывал, что приснилось ему, будто Ваня сам ножками пошел. Правда ли, спрашивал он у родных.

«…пишу письмо под елочкой в болоте, до Ленинграда не доезжая 80 километров, в стороне находимся в обороне, наступления не делали, нигде нет спасения от самолетов…обмундирование неважно, когда из Кирова поехали, шинели отобрали, в одних фуражках пока, обещают выдать валенки и шинели… я прошу вы можете письма писать… хотя не скоро но письмо дойдет, охота узнать чего дома делается…»

Это было последнее письмо. А 27 ноября пришло в дом извещение, что пропал без вести их отец и муж, стрелок 41-го танкового полка 21-й танковой дивизии красноармеец Афанасий Алексеевич Попов.

Долгое время, уже когда кончилась война и вернулись последние из уцелевших земляков, не переставала ждать Ольга своего мужа, прислушивались к стуку входных дверей и четверо его ребятишек…

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

1 + 9 =

Advertise Here
Рейтинг@Mail.ru