Стрижевские корни рижского художника

 

Вот ведь интересная штука жизнь. Живешь и не знаешь, что рядом с тобой, буквально по соседству, — удивительные люди. Хотя назвать Николая Кривошеина соседом можно лишь с большой натяжкой – уже более тридцати лет он живет и работает в Риге. А в Оричевский район, на свою малую родину, в поселок Стрижи, старается приезжать каждое лето – здесь живет его мама. Вот и сейчас Николай гостит в отчем доме, поэтому поспешила на встречу с ним газета «Искра».
Для начала познакомимся. Николай – известный в Латвии художник. Один из серьезнейших деятелей искусства. Вот что пишет про нашего земляка искусствовед Наталья Суюншалиева: «В современном искусстве Латвии известный рижский художник Николай Кривошеин закрепил за собой позиции одного из сильнейших живописцев-абстракционистов…».
Такой вот удивительный человек, наш земляк, проживает на латвийской земле. Скажу честно, собираясь к столь значимому человеку, очень волновалась. Готовясь к беседе, проштудировала Интернет, биографию художника. На деле он оказался гостеприимным, легким в общении человеком и интереснейшим собеседником. Удивительно и приятно в нем все: от утонченной внешности до манеры вести диалог. 
Оказывается, художник в детстве имел двойку по рисованию. Да-да, уважаемые родители, если ваше чадо не блещет на уроках рисования, это еще не приговор. Просто нужно найти правильного учителя. К счастью, в жизни нашего героя таковой нашелся – его дядя Петр Кормщиков. Петр в то время работал заводским художником, к нему-то за помощью и обратился совсем еще юный Коля. Надо сказать, уроки не прошли даром. Они положительно повлияли не только на оценки, но раскрыли талант мальчика и привили любовь к рисованию. 
Так незаметно пролетели школьные годы. Как и многие мальчишки его возраста, Николай не на шутку увлекся электроникой и радио. Не бросил и рисование. Не удивительно, что первым делом Коля решил поступать в художественное училище. Сейчас он с улыбкой вспоминает того себя полного амбиций, но до невозможности наивного. Приехав в областной центр, он просто-напросто не нашел училище, поэтому поехал домой, так и не подав документы. 
Его судьбу, как это часто бывает, решил случай. Как-то на огонек к нему заглянули одноклассники и сообщили, что поступают в Рижский Краснознаменный институт инженеров Гражданской Авиации, выездная приемная комиссия которого скоро будет принимать вступительные экзамены в Свердловске. Туда-то и направился Коля. И вот ведь судьба – приятели не выдержали и первого испытания, провалились. А он прошел отбор и был зачислен на радиофакультет.
С этого момента началась новая точка отсчета в его жизни. Назовем ее Рижской. Рига Николая ошеломила. А что еще мог испытать мальчишка из небольшого рабочего поселка, оказавшийся на свое-
образном островке Европы. Не зря Ригу называли витриной Советского Союза, а сочетания слов «Рижский бальзам», «Рижский хлеб», рижская косметика, «Рижские шпроты» приводили в трепет. Но не это поразило юношу, а западность архитектуры, узкие улочки города, черепичные крыши домов и огромное обилие световой рекламы. 
Все равно хотелось домой. Первый год был жутко переломным, вспоминает Николай. Не раз возникало желание все бросить и вернуться. Лечили душу стихи Есенина. Коля бродил по парку и читал их вслух.
Но сложнейшая учеба в вузе и занятия в Студии рисунка и живописи захлестнули с головой. Приходил домой поздно вечером. При этом умудрялся подрабатывать то грузчиком в столовой, то сторожем. Частенько приезжал домой. В те годы даже студенту был по карману авиаперелет – от Риги до Кирова, тем более как учащемуся авиационного института ему полагалась пятидесятипроцентная скидка. 
Окончив институт инженеров Гражданской Авиации, и даже некоторое время проработав по специальности, Николай, решив вновь повернуть свою судьбу в другое русло,  поступает в Латвийскую академию художеств на отделение живописи. При академии же обучался в Мастерской станковой живописи, где получил степень бакалавра, затем в Мастерской монументальной живописи. Талант можно развить только на фундаменте грамотности, убежден он, и собственным примером доказывает это на деле.
Сегодня Николай Кривошеин уже сам педагог, член Союза художников Латвии, член Профессионального Союза художников России. Его работы хранятся не только в частных коллекциях тонких ценителей искусства, но и в музеях Латвии, Эстонии и, конечно, России – городах Омске и Кирове. К сожалению, пока не знает работ земляка историческая родина – Оричевский район. Но все поправимо, уверен художник.

 

Вот ведь интересная штука жизнь. Живешь и не знаешь, что рядом с тобой, буквально по соседству, — удивительные люди. Хотя назвать Николая Кривошеина соседом можно лишь с большой натяжкой – уже более тридцати лет он живет и работает в Риге. А в Оричевский район, на свою малую родину, в поселок Стрижи, старается приезжать каждое лето – здесь живет его мама. Вот и сейчас Николай гостит в отчем доме, поэтому поспешила на встречу с ним газета «Искра».

Для начала познакомимся. Николай – известный в Латвии художник. Один из серьезнейших деятелей искусства. Вот что пишет про нашего земляка искусствовед Наталья Суюншалиева: «В современном искусстве Латвии известный рижский художник Николай Кривошеин закрепил за собой позиции одного из сильнейших живописцев-абстракционистов…».

Такой вот удивительный человек, наш земляк, проживает на латвийской земле. Скажу честно, собираясь к столь значимому человеку, очень волновалась. Готовясь к беседе, проштудировала Интернет, биографию художника. На деле он оказался гостеприимным, легким в общении человеком и интереснейшим собеседником. Удивительно и приятно в нем все: от утонченной внешности до манеры вести диалог. 

Оказывается, художник в детстве имел двойку по рисованию. Да-да, уважаемые родители, если ваше чадо не блещет на уроках рисования, это еще не приговор. Просто нужно найти правильного учителя. К счастью, в жизни нашего героя таковой нашелся – его дядя Петр Кормщиков. Петр в то время работал заводским художником, к нему-то за помощью и обратился совсем еще юный Коля. Надо сказать, уроки не прошли даром. Они положительно повлияли не только на оценки, но раскрыли талант мальчика и привили любовь к рисованию. 

Так незаметно пролетели школьные годы. Как и многие мальчишки его возраста, Николай не на шутку увлекся электроникой и радио. Не бросил и рисование. Не удивительно, что первым делом Коля решил поступать в художественное училище. Сейчас он с улыбкой вспоминает того себя полного амбиций, но до невозможности наивного. Приехав в областной центр, он просто-напросто не нашел училище, поэтому поехал домой, так и не подав документы. 

Его судьбу, как это часто бывает, решил случай. Как-то на огонек к нему заглянули одноклассники и сообщили, что поступают в Рижский Краснознаменный институт инженеров Гражданской Авиации, выездная приемная комиссия которого скоро будет принимать вступительные экзамены в Свердловске. Туда-то и направился Коля. И вот ведь судьба – приятели не выдержали и первого испытания, провалились. А он прошел отбор и был зачислен на радиофакультет.

С этого момента началась новая точка отсчета в его жизни. Назовем ее Рижской. Рига Николая ошеломила. А что еще мог испытать мальчишка из небольшого рабочего поселка, оказавшийся на своеобразном островке Европы. Не зря Ригу называли витриной Советского Союза, а сочетания слов «Рижский бальзам», «Рижский хлеб», рижская косметика, «Рижские шпроты» приводили в трепет. Но не это поразило юношу, а западность архитектуры, узкие улочки города, черепичные крыши домов и огромное обилие световой рекламы. 

Все равно хотелось домой. Первый год был жутко переломным, вспоминает Николай. Не раз возникало желание все бросить и вернуться. Лечили душу стихи Есенина. Коля бродил по парку и читал их вслух.

Но сложнейшая учеба в вузе и занятия в Студии рисунка и живописи захлестнули с головой. Приходил домой поздно вечером. При этом умудрялся подрабатывать то грузчиком в столовой, то сторожем. Частенько приезжал домой. В те годы даже студенту был по карману авиаперелет – от Риги до Кирова, тем более как учащемуся авиационного института ему полагалась пятидесятипроцентная скидка. 

Окончив институт инженеров Гражданской Авиации, и даже некоторое время проработав по специальности, Николай, решив вновь повернуть свою судьбу в другое русло,  поступает в Латвийскую академию художеств на отделение живописи. При академии же обучался в Мастерской станковой живописи, где получил степень бакалавра, затем в Мастерской монументальной живописи. Талант можно развить только на фундаменте грамотности, убежден он, и собственным примером доказывает это на деле.

Сегодня Николай Кривошеин уже сам педагог, член Союза художников Латвии, член Профессионального Союза художников России. Его работы хранятся не только в частных коллекциях тонких ценителей искусства, но и в музеях Латвии, Эстонии и, конечно, России – городах Омске и Кирове. К сожалению, пока не знает работ земляка историческая родина – Оричевский район. Но все поправимо, уверен художник.

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

− 3 = 2

Advertise Here
Рейтинг@Mail.ru