Железнодорожная катастрофа унесла много жизней

НА СНИМКЕ: станция Обь Новосибирской области, на которой в 1946 году произошла крупная железнодорожная авария.

Ранее я рассказывал про брата моей бабушки – Шабардина Ивана Ивановича, про его войну (газета «Искра» № 3 от 21 января 2017 года). Теперь настал черед рассказать про сестру моей прабабушки, их судьбы связаны между собой, как и причина появления этих историй.
Моя прабабушка Шабардина Ирина Федотовна (в девичестве Шалаева) 16.05.1900 г. р. умерла 20.05.1986 г. Ее младшая сестра Шалаева Ефросинья Федотовна родилась 04.10.1903 г. Проживали они в деревне Елесины, которая относилась к Адышевскому сельсовету (ныне не существует). Моя бабушка Решетникова (Шабардина) Александра Ивановна рассказывала о своей маме и ее сестре. Говорила, что Ефросинья была не замужем, детей своих не было. Всю жизнь помогала семье сестры, была многим детям крестной и относилась к ним, как к родным, а они отвечали ей взаимной любовью. Вот Иван Иванович в письмах, обращаясь к родным, всегда вспоминал и свою крестную Ефросинью Федотовну.
Ефросинья работала проводником на пассажирском поезде. Где-то зимой сестры поехали в Новосибирск торговать валенками. По дороге туда произошло крушение поезда, при котором погибла Ефросинья Федотовна. Я пытался узнать, что это за крушение, но пролить свет помогли документы, найденные вместе с письмами с фронта Ивана Ивановича, о которых писалось ранее. Так вот, это оказалась катастрофа, произошедшая в ночь с 6 на 7 декабря 1946 года возле станции Обь Новосибирской области. Расскажу о том, что прочитал об этой катастрофе в интернете.

НА СНИМКЕ: Шалаева Ефросинья Федотовна.

Столкновение
Стоял морозный декабрь, температура воздуха ночью в этой местности опускалась до -40°С. Около 3 часов ночи курьерский поезд № 6, на котором ехали прабабушка с сестрой, остановился перед запрещающим сигналом светофора перед станцией Обь.
В это время за курьерским поездом двигался грузовой, который, преодолев небольшой подъем, стал спускаться к станции. К тому времени локомотивная бригада грузового поезда работала непрерывно уже 18 часов. Когда грузовой состав пошел на спуск, то его ход уже поддерживался за счет силы тяжести, поэтому уставшая бригада попросту утратила бдительность и уснула.
Через несколько минут фактически никем не управляемая многотонная стальная махина, разогнавшаяся на спуске до скорости около 50 км/ч, на полном ходу врезалась в хвост стоящего курьерского поезда, в котором мирно спали пассажиры: мужчины, женщины, дети. Легкие вагоны пассажирского поезда, изготовленные из облегченного стального каркаса с деревянной обшивкой, со скрежетом разрывались на куски под натиском тяжелого паровоза, который легко разметал все вагоны на своем пути, «прошив» состав полностью, уцелели только паровоз и идущий за ним багажный вагон.
Но на этом развернувшаяся трагедия не закончилась. Разваливавшиеся вагоны вперемежку с людьми выбрасывало на соседний путь, по которому в это время проходил встречный поезд, сметая останки вагонов и людей, довершая разрушение. Но и это еще не все. Огонь из работающих из-за мороза печек перекинулся на доски обшивки, что вызвало пожар. Ехавший следом другой порожний состав успел остановиться перед красным сигналом.
Трудно даже представить, какой ад там творился: полностью разрушенные вагоны, огонь и мороз. Кто не погиб сразу, сгорал в огне, раненые замерзали и обмораживались на морозе. Вот где разгулялась смерть, выбирай: быть раздавленным, сгоревшим или замерзшим.
Первая помощь
Первыми на помощь прибыли курсанты из находившегося неподалеку летного училища. Страшная картина предстала перед прибывшими, словно они попали на поле битвы: крики, стоны, огненные чертики танцуют на останках поезда, пожирая на своем пути деревянную обшивку с похороненными заживо под завалами людьми. На ликвидацию последствий крушения были брошены пожарный и санитарный поезда, а также восста­но­ви­тель­ные из станций Новосибирска, Инской и Чулымской. В помощь были отправлены люди из ближайших станций и управления дороги. Сильно осложнялось тушение пожара, так как из-за мороза вода замерзала в рукавах. Раненых помещали в расположенную неподалеку военную казарму, а часть на машинах увозили в городские больницы.
Позже машинист дрезины В. Белокуров и заместитель начальника дороги Е. Трубицин, при­ехавшие на место катастрофы, рассказали о поразив­шем их случае. Они услышали стон человека, прижа­того обломками вагона. Быстро подогнали кран и вытащили пострадавшего из-под досок и искорежен­ного железа. Человек отряхнулся и вдруг спросил: «Где мой портфель?». Оглянулся, увидел портфель, поднял его и, ни слова не говоря, ушел на станцию Обь.
В результате крушения погибло 110 человек, было ранено 133. Данные приблизительные, так как точной информации о количестве пассажиров известно не было.
Что же произошло с сестрами?
Ирина Федотовна спала в одежде, ее выкинуло из развалившегося вагона, но она чудесным образом не пострадала, как и человек с портфелем, отделавшись лишь ушибами. А Ефросинью Федотовну и ее вещей так и не нашли, как будто ее и не было вообще.
Наказание виновных
В результате расследования этой жуткой катастрофы сразу было арестовано 45 человек, в том числе: локомотивная бригада машиниста Скулкина, стрелочники, поездной диспетчер, дежурный по станции Обь, начальник локомотивного отдела Инского отделения Томской железной дороги, дежурный по Новосибирскому отделению. Суду были переданы дела на 20 человек. Забегая впе­ред, следует сказать, что все обвиняемые вскоре были освобождены, хотя некоторым из них, в том числе машинисту и его помощнику, вполне мог грозить расстрел. Для разбора ситуации из Москвы была направлена комиссия, которую по личному указанию Сталина возглавил Николай Синегубов – вице-генерал-директор путей сообщения 2-го ранга и заместитель министра, в будущем Главный ревизор по безопасности движения. В Новосибирске заместитель министра прежде всего посетил дом машиниста Скулкина, где увидел ужасную нищету: в доме было холодно до такой степени, что замерзла вода в питьевой бочке, жена машиниста лежала с туберкулезом, а у едва теплой печки двое детей 4 и 6 лет рылись в золе. Выйдя из дома, Синегубов сразу же распорядился освободить всю локомотивную бригаду.
Улучшение условий труда железнодорожников
Было понятно, что катастрофа стала возможной благодаря существовавшему в то время порядку от­дыха грузовых поездных бригад. И до случая со Скулкиным многие машинисты не выдерживали продол­жительного труда. Ночью, особенно перед рассветом, допускали проезд красного светофора. Случалось, врезались в хвост идущего впереди поезда, иногда при этом были человеческие жертвы. Плохо было и с питанием. Локомотивным брига­дам выдавали карточки на право получения пример­но 700 граммов хлеба. Так жить и плодотворно тру­диться было нельзя. Неудивительно, что вскоре была значительно сокращена продолжительность рабочих смен – до 12, а в ряде случаев до 8 часов, при одновременном повышении зарплат железнодорожникам на 20%, и продаже машинисту, помощнику машиниста, кочегару 20 килограммов муки в месяц. На ряде станций ввели дополнительные подменные пункты, оборудованные душевыми, которые были ликвидированы лишь с переводом направлений на электровозную тягу. Помимо улучшения условий труда, началось масштабное внедрение систем безопасности, включая автостоп, АЛС, а также локомотивный скоростемер с записью основных поездных параметров.
Вот такие истории обнаружились благодаря найденным документам. В декабре исполнился 71 год со дня крушения поезда.
М. МАМАЕВ, п. Оричи

Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

98 − = 96

Advertise Here
Рейтинг@Mail.ru